Толкование

Семинары и лекции

святилище, скиния, израиль, жертва,Ян Полсон

Редакционный обзор.В основе Книги Откровение лежит идея суда, исходящего от престола Бога и Агнца в небесном святилище. Некоторые суды по своему замыслу являются ис­целяющими. Пророческая панорама церквей, печатей и труб изображает гнев Божий, изливаемый с целью возвратить цер­ковь и весь мир на истинный путь и привести человечество к покаянию. Если же эти суды не приводят к ожидаемому откли­ку, они предвозвещают то, чему надлежит наступить вскоре.

 

По мере того, как изображаемая в Откровении борьба ме­жду добром и злом приближается к своей кульминации, в пророчестве можно проследить несколько этапов последнего суда:

1. Фаза, предшествующая Второму пришествию (Откр. 11:19; 14:6, 7; ср. с Лев. 16; Дан. 7:9, 10, 13, 14).

2. Фаза, наступающая при Втором пришествии, когда ве­рующие отделяются от последователей антихриста (Откр. 22:И, 12; 20:5, 6).

3.  Фаза тысячелетнего царства (Откр. 20:4—6; ср. с 1 Кор. 6:2, 3).

4.  Фаза исполнения приговора после тысячелетнего пе­риода (Откр. 20:11—15; ср. с Мф. 25:31—46).

В центре спасения и суда возвышается Личность Христа. Право Христа властвовать, судить и спасать основано на Его искупительной смерти на кресте. Соответственно, в Открове­нии Он предстает как Судья в образе Агнца — закланного, но ныне восшедшего на престол. Ему предстоит свершить окон­чательный суд, а затем властвовать во веки веков.

Вопрос верности Христу является основным критерием этого суда. Эта верность подразумевает соблюдение запове­дей Божьих (см. Откр. 12:17; 14:12). Вера может проявить себя только в послушании.

План главы

1. Вступление

2. Терминология

3. Некоторые замечания относительно избранных отрывков

4. Христоцентричность

Вступление

Для того чтобы подойти к нашему исследованию упоря­дочение, нам следует прежде всего дать определение некото­рым библейским терминам, важным в обсуждаемой теме. Во второй части главы для анализа предлагаются семь отрывков, проливающих свет на тему суда. На основании предваритель­ного анализа в последней части мы попытаемся выделить ос­новные тенденции и расставить акценты в теме святилища и суда, как она представлена в Откровении.

Терминология Naos (Храм)

Слово naos в греческой культуре означало место обита­ния бога, а точнее — внутреннее помещение храма. Само по себе слово имело смысл более конкретный и узкий, чем тер­мин hieron (храм), который включал в себя здание и двор хра­ма, либо temenos (священные пределы), обозначающий ого­роженный участок земли, на котором находится храм или иное священное здание со своими постройками. (Последнее слово в Новом Завете не используется.)

Следует заметить, что в Новом Завете не проводится по­следовательное и четкое разграничение между naos и hieron, a также между этими словами и термином hagion или ta hagia (святилище)1. В Книге Откровение, однако, Иоанн не исполь­зует ни hieron, ни hagion или ta hagia. Иоанн, говоря о храме, всегда употребляет слово naos. К нему он прибегает 16 раз и в некоторых случаях придает ему различную смысловую окра­ску. Например:

Небесный храм. Во многих текстах существование не­бесного храма (naos) подразумевается либо о нем косвенно упоминается. Иоанн видит святых, которые служат Богу «день и ночь в храме Его» (7:15)2; этот храм «отверзся» перед ним и «явился ковчег завета Его» (11:19); из него выходили ангелы (14:15, 17; 15:5, 6), в том числе и ангелы, которые не­сли чаши гнева Божьего (15:6; 16:1, 7; Пс. 10:4).

Народ Божий в целом. Иногда naos (храм) используется в значении духовном, обозначая общину верующих. Напри­мер, победивший христианин сделается «столпом в храме Бога Моего, и он никогда уже не выйдет вон» (3:12). Такое духовное значение напоминает образы из Иез. 44 и Пс. 143, а также те слова Павла, в которых он рассматривал общество верующих как духовный храм Божий3.

Сам Господь. На обновленной земле Бог и Агнец ото­ждествляются с храмом (21:22). Бог будет обитать среди ис­купленных, став живым храмом для человечества (21:3).

Skene (палатка, скиния)

Первоначально это греческое слово, по-видимому, обо­значало «палатку или похожее на нее жилище4. В Новом За­вете, однако, это слово встречается 20 раз и используется в значении, которое оно имеет в Септуагинте (греческий пере­вод еврейской Библии, сделанный во 2—3 вв. до н. э.). В Сеп­туагинте еврейское miskan, обозначающее скинию, обычно переводится словом skene. Скиния символизировала посто­янное присутствие Божье среди Своего народа. Интересно, что состав согласных в слове skene тот же, что и в shekinah. Возможно, это простое совпадение, но возможно также, что слово skene было заимствовано греками и имеет семитское происхождение5.

В Откровении skene используется трижды (13:6; 15:5; 21:3). Что касается этимологии, то значения skene и naos сов­падают лишь частично. У нас, однако, нет никаких оснований полагать, что skene в Откровении означает нечто иное, чем naos. Оба слова означают храм Божий на небесах, а в более символическом значении — присутствие Божье. Очевидна параллель между «храмом Божьим на небе» (ho naos ton Theou ho en to our and) и «храмом скинии... на небе» (ho naos tes skenes ... en to ourand) несомненна (ср. 11:19; 15:5).

Thronos(престол)

В греческом мире thronos означало всего-навсего высо­кое кресло с подножием. Более возвышенное и символиче­ское значение его как места царского правления или абсо­лютного правителя исходит с Востока. Если правитель «воссел на престол», это означало, что он готов использо­вать свою власть. Именно с этого места правитель издает указы и повеления. И в таком значении этот символ ис­пользуется в Библии. Он обозначает основанную на спра­ведливости власть Божью, следовательно, правление Его праведно (см. Ис. 16:5; Пс. 121:5; Притч. 20:28).

Значения выражений «Бог, восседающий на Своем пре­столе» и «Бог, пребывающий в храме Своем», в основном сов­падают. Их, может быть, нельзя назвать синонимами, но они очень близки по своему значению. В первом из них подчерки­вается готовность Вседержителя и Судии к действию. В Вет­хом Завете мы неоднократно встречаем видения, в которых Бог представлен как Тот, Кто готов возвещать и действовать6.

Символ Бога, возвещающего либо совершающего суд со Своего небесного престола, хотя и отсутствует в эллинистическом иудаизме, но занимает важное место как в палестин­ском иудаизме (например, в 1-й Книге Еноха, где в роли Су­дьи выступает Сын Человеческий, или Избранный)7, так и в библейском повествовании8.

В Новом Завете слово thronos чаще всего используется в Откровении. Из 55 случаев его употребления 43 приходятся на Книгу Откровение. При этом его основное значение как центра правления, суда и дел Божьих всегда сохраняется. По­является лишь один новый элемент (скорее всего, в качестве расширения ветхозаветной концепции): Сын Человеческий восседает вместе с Богом Отцом на небесном престоле. Вме­сте с Отцом Он осуществляет правление и суд9.

Образ Бога, «восседающего на престоле», во всей полно­те отражает Его верховенство, правление и суд. Особенно подчеркивается активность Бога, Который, сидя на Своем престоле в храме, выполняет задачи Вседержителя и Судьи.

Непрерывная борьба между Христом и сатаной отражена в Откровении противопоставлением символов «престола Божиего» и «престола сатаны» (2:13; ср. 13:2 16:10). Престол са­таны также символизирует власть, правление и авторитет (13:2). Однако в этой борьбе «престол Агнца» возьмет верх над «престолом сатаны».

Krino, krima, krisis (суд, судить)

Чаще всего идея суда Божьего передается в Новом Завете глаголом кппо и связанными с ним существительными krisis и krima. От этих слов образован целый ряд других, и все они связаны с темой суда. В Откровении krima встречается три раза, krisis четыре раза и krino восемь раз.

Использование глагола кппо в Новом Завете берет свое начало в Септуагинте, где им переводится еврейский глагол sapat (судить). Именно этот глагол и существительное mispat (суд) чаще всего используются в Ветхом Завете для обозначе­ния судебной процедуры и вынесения приговора, равно как и для самого приговора. Основное значение кппо в классиче­ском греческом — «отсеивать, просеивать, отбирать». В биб­лейское повествование оно попало, не будучи юридическим термином. Однако его первоначальное значение приобрело явно юридический смысл в Библии.

Krisis, «подобно другим словам, образованным от гла­гольной основы при помощи суффикса sis, обозначает дейст­вие, выражаемое глагольной основой»10. Оно обозначает как приговор, вынесенный судьей, так и процесс, ведущий к это­му приговору. В Откр. 16:7; 18:10 и 19:2 этот термин означает также исполнение приговора. В 14:7 он может относиться либо ко всему судебному процессу в целом, либо только к вы­несению приговора, либо и к тому, и к другому.

Krima используется в 17:1 и 18:20 для выражения осужде­ния. Значения терминов krisis и krima в значительной степени совпадают. Безусловно, на основании нескольких случаев упот­ребления этих терминов в Откровении невозможно достаточно точно определить различие между значениями этих слов в клас­сическом греческом (сказать, например, что krima — это «при­говор», a krisis — процесс, ведущий к его вынесению). Нам при­ходится руководствоваться контекстом.

В Ветхом Завете в слове sapat пересекаются идеи правле­ния и суда. В Откровении перед нами предстает Вседержи­тель-Судья, восседающий на Своем престоле, откуда Он на­чинает судебный процесс, управляет им, выносит приговор и ниспосылает Свой гнев.

Biblos, Biblion (Книга, свиток)

Слово biblos изначально означало растение папирус, ко­торое после соответствующей обработки использовалось для письма. Затем оно приобрело более широкое значение и ста­ло означать любой материал, на котором можно писать (пер­гамент, кожа, глиняная табличка) или то, что написано на нем. Далее оно вполне естественно стало означать книгу, сви­ток, рукопись или любой написанный текст.

Два слова, biblos и biblion, по-видимому, взаимозаменяе­мы, и установить смысловое различие между ними не пред­ставляется возможным. Автор Откровения предпочитает ис­пользовать слово biblion. Оно употребляется им 23 раза, а к слову biblos он прибегает лишь 5 раз.

В Откровении слово «книга» обретает особый смысл, ко­торый хотя и различим в других текстах Библии11 и в иудаистических апокалиптических преданиях12, но с особой силой звучит только в контексте суда Откровения:

1.  Книга, запечатанная семью печатями, в руке восседаю­щего на престоле Вседержителя (5:1).

2.  Книга жизни, в которой поименно записаны все спасенные13.

3. Отличные от книги жизни судные книги14, согласно ко­торым каждый будет судим «по делам его»!15

Некоторые замечания относительно избранных отрывков

Откр. 11:1,2

В стихах, находящихся между видениями о шестой и седьмой трубах, Иоанн записывает повеление, данное ему Богом. Иоанну вручается измерительная трость, чтобы он из­мерил храм (naos), жертвенник и молящихся в нем, кроме внешнего двора храма. Тут же возникают следующие вопро­сы: кто или что подразумевается под «храмом», «жертвенни­ком» и «поклоняющимися» и что значит «измерить»? И поче­му из повеления исключается внешний двор?

Мы сразу же можем отбросить предположения тех, кто усматривает в этом повелении упоминание о Иерусалиме до 70 г. н. э. или отрывок из зелотской рукописи, датируемой также до 70 г. до н. э.16. Задолго до написания Книги Открове­ние первые верующие ожидали исполнения слов Христа о разрушении Иерусалимского храма (Мк. 13:2; ср. Деян. 6:14). Вряд ли достойно серьезного анализа предположение о том, что автор в этих словах выражал свою надежду на сохранение храма, который уже был разрушен ко времени написания.

Видения, образы и символы, среди которых находится данный отрывок, относятся к судьбе общества верующих -народа Божьего по мере приближения истории к своей куль­минации. Основной объект внимания - - верующие, вовле­ченные в усиливающуюся борьбу между Христом и антихри­стом. Цель Божья заключается в том, чтобы защитить народ Божий и дать ему уверенность.

Образ «измерения» напоминает нам об измерениях, упо­минающихся в Иез. 40—42 и Зах. 2:2. В этих текстах измере­нием выражается упование на восстановление после плена. Мы полагаем, что «измерение» в 11:1 следует воспринимать в качестве гарантии сохранения или безопасности в буду­щем. Большинство комментаторов разделяют такой подход. В таком случае «измерение» — знак защищенности от неми­нуемого грядущего уничтожения17; «знак, указывающий на то, что носитель его принадлежит Богу»18.

Неоднократно в видении Иоанну показан храм небесный. Его присутствие на небе как реального объекта апокалипти­ческого видения предполагается. Однако нет оснований ут­верждать, что содержащийся в видении образ, описываемый как объект, не может быть символом. Это дает законные ос­нования исследовать смысл символа вместо того, чтобы за­ниматься физическим объектом.

Книга Откровение наполнена объектами, имеющими символическое значение (например, появляющиеся с неба кони (6:2—8); низвергающаяся в море гора (8:8); звезда, ко­торой дан ключ от кладезя бездны (9:1, 2); свиток, который необходимо съесть (10:10), и т. д. В каждой главе перед читателем возникают образы, воспринимаемые как символы, смысл которых ему необходимо уяснить.

По мнению большинства комментаторов, «храм» в дан­ном случае следует понимать как народ Божий. Следователь­но, слово naos является аллегорией. Вовсе не выглядит аб­сурдным предположение о том, что в тексте, насыщенном об­разами с иносказательным значением, слово naos следует рассматривать подобным же образом.

Подобное наделение символическим значением слова naos (понимание как образа народа Божьего) несколько ос­ложняется упоминанием о трех объектах: о храме, жертвен­нике и молящихся. Если бы суть всего сказанного ограничи­валась одним лишь измерением народа Божьего, вполне дос­таточным было бы упоминание либо «храма», либо «моля­щихся». Постоянно присутствует такое ощущение, что в тексте заложен некий дополнительный смысл.

ковчег, завета, скиния«Храму, жертвеннику и молящимся» противопоставлена фраза о «внешнем дворе храма». Каждая из этих двух фраз дополняет смысл другой. Один участок должен быть «изме­рен», другой нет.

Вместо того чтобы считать, что данное «измерение» от­носится к охране пространства или физических строений, мы предположим следующее:

1. В данном случае внимание сосредоточено на двух группах людей. Они обозначены двумя помещенными ря­дом фразами: одна из этих групп — верующие, которых Бог принимает как свой народ, другая — это те, «кто пошел на компромисс с миром, - Николаиты и держащиеся учения Валаама, последователи Иезавели, оставившие свою лю­бовь, члены Ефесской церкви, утратившая жизнь Сардис-ская церковь, равнодушная Лаодикийская церковь»19.

Тот факт, что первая группа «измерена», говорит о том, что она получает от Бога заверение в своей безопасности в то время, когда весь мир будет разрушен во время финаль­ного катаклизма, знаменующего кульминацию борьбы ме­жду добром и злом. Эта идея параллельна запечатлению в главе 7.

Вторую же группу составляют те, кто не получил обето­вании и заверений, данных тем, кого Бог признал Своим на­родом. Независимо от того, как понимать выражение ekbale exothen (ст. 2) — как «изгонять», «выбрасывать» или «быть за пределами внешнего двора» — смысл его остается неизмен­ным: не иметь спасения Божьего.

2. Хотя вполне возможно, что вышеприведенная точка зрения объясняет значение данного отрывка, храмовая симво­лика сразу же подводит читателя к основному мотиву Откро­вения: к Личности и непрерывному служению Иисуса Христа как вознесшегося на небо Священника, Посредника, Судьи и Правителя, Который со Своего престола, находящегося в хра­ме, осуществляет ставшее возможным благодаря Его жертве посредничество и судит всех (см. Евр. 8:1, 2). Признание Его достойным выполнять эти функции непосредственно связано с тем, что Он «Агнец как бы закланный» (гл. 4, 5).

Там, «посреди престола» находится Тот, в Ком все призна­ют Агнца. Смерть Агнца на жертвеннике дает Ему право вы­полнять Свое нынешнее служение. Вполне уместно, что в 11:1 упоминается жертвенник, без которого невозможно было бы запечатлеть, сохранить и защитить Его детей в будущем.

Мы, следовательно, предполагаем, что в центре повест­вования 11:1, 2 находятся: Агнец, Который выполняет по­средническое служение, судит и причисляет к спасенным; и народ, который в результате суда признан достойным, то есть Божьим народом, и ему даны заверения в безопасности.

Откр. 14:6,7

Звучит призыв поклониться Творцу, ибо «наступил час суда Его». Этот призыв описан как «вечное Евангелие». Не­которые комментаторы подвергают сомнению связь этого призыва с Евангелием вообще, поскольку он не содержит в себе христианского упования, являясь лишь призывом к вере в единого Бога, «облеченным в язык природного богосло­вия»20. Но, безусловно, это Евангелие, в котором «провозглашение часа суда несет благую весть святым... [и] призывает мир убояться Бога и раскаяться»21.

Эта весть гласит, что настал тот исторический момент, когда Бог приступает к процессу суда (krisis, «просеива­ния») как события совершенно иного, чем все, что соверша­ется в жизни людей. Агнец восседает на Своем престоле, приготовившись участвовать в суде. Как и во всей Книге От­кровение, язык эсхатологии переносит здесь читателя к за­вершающим сценам земной истории. «Подобный Сыну Че­ловеческому» (ст. 14) и ангел с серпом, появившийся из не­бесного храма, указывают на то, что время жатвы настало (ст. 14—20).

В таком окружении настоящий отрывок относится к кон­цу времени. Контекст требует, чтобы «час суда Его», о кото­ром упоминается в данном отрывке (14:6, 7), рассматривался как событие, совершенно отличное от суда над князем мира сего, произошедшего на кресте (12:7—12; Ин. 12:31), и от фи­нальной фазы суда Божьего над миром исполнения пригово­ра (20: И—15).

Помимо этих двух проявлений Божественного суда в Откровении также упоминается о двух других его проявле­ниях — промежуточных. Предшествуя Второму пришест­вию, оба они носят предварительный характер. Оба они так­же выполняют роль призыва к покаянию. Следовательно, они происходят тогда, когда люди еще не лишены возмож­ности получить спасение22.

Одно проявление является предварительным в том смысле, что предупреждает23, или подготавливает24, людей, и состоит из излития некоторых язв гнева Божьего для того, чтобы обратиться к Церкви и миру, оповестить их о грядущем суде и призвать к покаянию. Подобного рода судная весть содержится в таких отрывках, как послания к семи церквам, пророчества о семи печатях и семи трубах. Если же ожидаемой реакции нет, то это предварительное проявление суда выступает как предвозвещающее то, чему надлежит быть скоро.

Другим проявлением суда, также предваряющим Вто­рое пришествие, является происходящий на небесах юриди­ческий процесс просеивания (следственный процесс), в ко­тором принимается во внимание выбор человека. Вопрос в конечном счете звучит так: кого Бог признает Своим наро­дом и чем будет определяться Его выбор? С юридической точки зрения этот вопрос будет решен до возвращения Ии­суса Христа25. Контекст 14-й главы не дает подробной ин­формации относительно объекта или точного времени того суда, о котором идет речь в ст. 7, однако он явно предшест­вует Второму пришествию, являясь одним из ведущих к нему событий.

Будучи адвентистами седьмого дня, мы полагаем, что Откр. 14:6, 7 относится к тому же суду, что и Дан. 7. Сведе­ния же о временном промежутке содержатся в Дан. 8:14. Несмотря на то, что в Откр. 14:7 нет подробностей Дан. 7 и 8, к этому тексту полностью применимо то понимание суда, к которому мы приходим при исследовании Книги Даниила.

Откр. 15:5жертвенник, скиния, храм

В этом стихе мы встречаем как слово naos (храм), так и skene (шатер, скиния). Как уже отмечалось ранее, значения этих двух слов совпадают. Поэтому фразу «храм скинии» можно перевести как «naos, он же skene»26.

Тексту предшествует доксологический гимн, песнь Мои­сея и Агнца, восхваляющая справедливость судов Божьих (dicaiomata, «Божественных приговоров», — подразумевает­ся следственный процесс) в отношении антихриста и врагов народа Божьего.

Автор описывает небесный храм как «skene свидетельст­ва». Тут же возникает образ ветхозаветной скинии, в которой находился ковчег с содержащими десять заповедей скрижа­лями (см. Исх. 25:16; Втор. 10:4, 5). Все это в совокупности носило название «скинии свидетельства»27.

Когда ранее Иоанну явился отверзшийся храм небесный, внимание его прежде всего привлек ковчег. «На сей же раз не ковчег, но содержащееся в нем Свидетельство приковывает внимание Иоанна. Время милости прошло, и наступила оче­редь действовать Закону Божьему»28.

Вышедшие из храма ангелы облачены в одежды, которые указывают на официальный и священнический характер их миссии (ст. 6). Они посланы для того, чтобы осуществить суды гнева Божьего над Вавилоном с присущим ему духом греха и мятежа. Они посланы Богом и, когда поручение вы­полнено, один из них восклицает: «Праведен Ты, Господи... потому что так судил» (16:5).

Семь ангелов выходят из naos/skene именно потому, что Бог восседает там на Своем престоле, выполняя Свою роль Судьи. «Он служит в Своем святилище до тех пор, пока по­средством суда не исполнится Его намерение»29.

Откр. 18:20

Главы 17 и 18 повествуют о суде Божьем над Вавило­ном — как о вынесении приговора, так и о его исполнении. Исполнение его находится в центре внимания главы 18. Стих 10 сообщает Вавилону, что Божественный вердикт, вынесенный против него, начинает исполняться. «Пришел суд [krisis — исполнение приговора] твой!»

Как только справедливость приговора (krima) подтвер­ждена, центр повествования смещается от плача «горе, горе тебе, Вавилон!» (Ст. 10) к восклицанию «веселись о сем, небо» (а также народ Божий!). Но при этом народу Божьему одновременно сообщается о том, что он свобо­ден! Вердикт буквально гласит, что «Бог совершил суд ваш» над Вавилоном; и тот признан виновным. Божий при­говор в отношении Вавилона является одновременно оп­равданием Его народа. Новая Английская Библия (NEB) переводит эту фразу так: «Ибо осудив его [Вавилон], Он оправдал дело ваше!»

Трудность текста заключается в том, как следует пони­мать греческое выражение ex antes. «Ваш суд» может озна­чать либо приговор, который вы вынесли, либо приговор, ко­торый вынесен вам. Апеллируя к двум ветхозаветным зако­нам — о кровопролитии (см. Быт. 9:5, 6) и о лжесвидетельст­ве (см. Втор. 19:16—19) — Г. Б. Кайрд (Caird) утверждает, что текст этот следует понимать так: «Бог обратил против него приговор, который он вынес вам»30.

Стих 20 выступает в роли кульминационного текста на фоне картины суда. Стихи 9—19 показывают бедственное положение Вавилона как следствие его беззаконий. Стих 20 выражает ликование и радость народа Божьего. Поводом для ликования служит не только то обстоятельство, что Вавилон получил справедливое возмездие, но и тот факт, что народ Божий, оправданный своим Богом, теперь обрел свободу и безопасность. Следует отметить схожесть символики как ме­жду Откр. 18 и Иез. 27, так и между сценой суда в 18:20 и Дан. 7:22, где возвещается о том, что «суд был дан святым Все­вышнего».

Откр. 20:4

Иоанн видел престолы; на них воссели те, «которым дано было судить». В тексте не указывается конкретно, кто это, равно как и нет точного объяснения, что означает «дано было судить». В данном случае слово «суд» передано греческим krima.

Разворачивающаяся перед читателем сцена живо напо­минает ему картину, представленную в Дан. 7:9,10, где перед началом суда ставятся престолы. Кроме того, в сцене суда у Даниила говорится о том, что суд будет дан святым (ст. 22). Скорее всего, эти слова Даниила следует понимать как при­нятие решения в ходе суда в пользу народа Божьего. В этом ли суть и того текста, который мы обсуждаем сейчас? Мы по­лагаем, нет.

1. С нашей точки зрения, эта фраза (буквально — «суд был дан им») означает то, что эти персонажи наделены юри­дической властью. Другими словами, восседающим на пре­столах дано право провозглашать либо подтверждать приго­вор. Как уже было замечено ранее, образ «восседающего на престоле» следует понимать как указание на активное уча­стие в правлении и суде.

2. Сразу же за этой фразой следует описание тех, кому поручено вести этот суд (ст. 4 — 6). Это те, кто остался ве­рен Богу и не поддался соблазну следовать за «зверем». Они скорее готовы отдать жизнь, чем стать богоотступниками. Это те, кто был воскрешен во время происходившего при Втором пришествии первого воскресения. Поэтому они на­званы блаженными (ст. 6) и правят вместе с Иисусом тысячу лет.

Действия искупленных Божьих во время тысячелетнего царства описаны такими словами, как «правят», «восседают на престолах», «имеют власть судить». Этот суд, происходя­щий во время Тысячелетнего царства, соответствует тому, о котором говорит Павел в 1 Кор. 6:2, 3 (ср. Мф. 19:28; Откр. 3:21; Пс. 148:5—9).

3. Судебное дело, которым занимаются восседающие на престолах, заключается не в том, чтобы решать, кто ве­рен Господу, а кто нет. Это решение уже было принято. Смерть — это пропасть, которая разделила неверных и вер­ных Господу — те, кто воскрес во время первого воскресе­ния, отныне правят вместе с Ним тысячу лет. Богоотступ­ники же не оживут до окончания тысячелетия. Поэтому во­прос о том, «кто есть кто», уже решен до начала рассматри­ваемого нами отрывка.

Итак, мы становимся свидетелями того, как святые при­нимают участие в подтверждении приговора, вынесенного ранее и уже частично исполнившегося приговора. Подобное участие позволяет спасенным петь песнь Моисея и Агнца: «Праведны и истинны пути Твои, Царь святых... открылись суды Твои» (15:3, 4).

Данный текст повествует о том, что Бог в конечном счете покажет Своему народу всю сущность зла и восстания против Него, гарантируя безопасность в вечности. Это действие пред­шествует уничтожению сил зла и их последователей, что про­изойдет по истечении тысячелетия. И оно дает ответ на вопрос: зачем же еще один суд, когда уже выяснено, «кто есть кто»?

Даже беглый взгляд на рассматриваемый стих показыва­ет, что Иоанн верил в буквальное Тысячелетие. Более того, очевидно, что он не рассматривал этот период как новую эс­хатологическую стадию современного исторического про­цесса. Ни данный текст, ни его контекст (19:11—20:15) не подтверждают взгляд некоторых исследователей, согласно которому тысячелетнее царство — это правление святых со Христом на протяжении тысячи лет вместе на земле со столи­цей в Иерусалиме31.

скинияОткр. 20:11—15

В этом отрывке Иоанну показана финальная сцена суда. Видение начинается с описания великого белого престола, на котором восседает Судья. Перед величием Сидящего на пре­столе бежит прочь старый порядок — нынешний мир (земля и небо). На смену им приходит новое творение (21:1,5).

Это видение суда поднимает три вопроса:

1.  Кто Судья? Иоанн не называет Его ни Отцом, ни Сы­ном. Библия представляет обоих как небесных судей над людьми (см. Откр. 5:1,7,13; Дан. 7:9; Рим. 14:10; 2 Кор. 5:10). Иоанн описывает реку воды жизни, исходящую от престола Бога и Агнца (22:1), «отражая таким образом идею единого престола, единого правления и единого источника жизни... Агнец остается посредником в суде и искуплении, однако Он неотделим от Бога, Который через Него совершает суд и ис­купление»32. Таким образом, вполне допустимо — по крайней мере в отношении обсуждаемого вопроса — сказать, что Бог вместе с Агнцем судят человека.

2. Имеет ли этот суд вселенский характер, или же он каса­ется лишь нечестивых? Не так просто дать ответ на этот во­прос. Можно приводить доводы как в пользу одной, так и другой точек зрения, что и делают комментаторы. Позиция исследователя отчасти определяется тем, рассматривает ли он отдельные части видения как хронологически выстроен­ные в рамках более широкого контекста (главы 19—22), или же он считает, что отдельные части видения подобны волнам (что можно видеть в других частях книги), которые периоди­чески возвращаются, повторяя в значительной мере то, что уже было сказано или подразумевалось33.

Вполне логичным кажется предположение, что Иоанн подразумевал прежде всего суд над богоотступниками. Именно они являются основными объектами суда в ст. 4—6; именно их касается второе воскресение. В таком случае ст. 11—15 следует рассматривать как видение-вставку, которая должна пояснить, на каком основании им вынесен приго­вор.

3. На одинаковом ли основании будут судимы искуплен­ные и нечестивые? Если на примере рассматриваемых отрыв­ков мы предположим, что это так, мы усложним само видение. Иоанн вовсе не стремится показать, что «книга» (жизни)—это просто перечень спасенных, а «книги» (записи дел) — это пе­речень осужденных, что первые спасены благодатью, а вторые осуждены за то зло, которое они совершили.

Совершенно ясно, что все человечество судимо на осно­вании своих «дел»34. Эта идея вполне согласуется с концепци­ей спасения по вере. Вера не имеет иных путей самовыраже­ния помимо «дел».

Концепция о том, что такие «книги» или записи «дел» ведутся Богом для будущего суда, составляла часть ветхо­заветного еврейского апокалиптического мироощущения35. Таким же образом подтверждается и существование книги жизни или перечня тех, кому суждено жить36. Иоанн, безус­ловно, желает сказать следующее: (1) приговор небесного суда выносится не произвольно, но на основании имею­щихся свидетельств; (2) исследовать эти сведения имеет право не только Бог. Вполне разумным представляется предположение, что в течение Тысячелетия святые будут наделены полномочиями (ст. 4 и др.), позволяющими озна­комиться с этими сведениями. Все это является частью за­мысла Божьего, цель которого — открыть характер Божий людям.

Нет никакой нужды рассматривать «книги дел» просто как перечни неблаговидных поступков. Такая картина к тому же была бы неполной. Почему бы не воспринимать их как со­держащие записи о характере каждого человека?37 Характер человека представляет собой всю сумму его опыта. Если этот опыт подкрепляется за счет общения с Господом, имена так­же записываются в «книгу жизни». Вот в чем различие между спасенными и погибшими.

По-видимому, эта идея является центральной в видении (ст. 11—15).

Откр. 21:3

Вновь слышен голос, исходящий от небесного престола. Он провозглашает: «Се, скиния [skene] Бога с человеками»!

Вся эта глава в целом разворачивает перед читателем ве­реницу идей и образов, многие из которых он уже встречал в библейской апокалиптике38. С некоторыми из них он знаком из еврейской апокалиптики39.

Прежде всего мы видим тесные и непринужденные отно­шения между Богом и Его народом, которые характеризуют новое творение. Цикл завершился; именно ради таких отно­шений и был изначально сотворен человек. Часто появляю­щийся в Ветхом Завете мотив: «Я буду вашим Богом, а вы бу­дете Моим народом», символом которого были скиния и shekinah, обретает свое окончательное исполнение. Его skene (палатка, скиния) находится среди Его народа во исполнение слов: «Сам Бог с ними будет».

Позднее в той же главе naos (храм) на новой земле ото­ждествляется с « Господом Богом Вседержителем и Агнцем» (ст. 22). Одна из важнейших особенностей вечности — близ­кое присутствие Бога и тесные отношения с Ним. Давнее обе­тование стало наконец действительностью.

После того как Посредник и Судья завершил дело спасе­ния и суда, образно представлявшие эту работу престолы и храм более не служат этой цели. Восстание осталось в про­шлом, и нет более ничего, что разделяло бы Бога и Его тво­рение.

 

Христоцентричность

Откровение дает надежду. В типично апокалиптиче­ской манере Иоанн создает широкую панораму времени и истории, в которой четко обозначено нарастающее все бо­лее и более противостояние между силами добра и зла. Изо­бражается оно на фоне завершения истории. На противопо­ложных сторонах находятся те, кто стоит во главе этих воюющих сил, — Христос и антихрист, олицетворяющий сатану. Между ними — народ Божий, испытывающий стра­дания и хранящий надежду. В этом контексте Иоанн пред­ставляет Христа как Мстителя за Свой народ, страдавший во имя Его. Победа Христа и Его избранных неизбежна. Следо­вательно, весть откровения предназначена будет вселить на­дежду и мужество в народ Божий.

Христос будет председательствовать на заключительном суде. Приговор против антихриста и его сторонников предре­шен. Избранные Христовы, равно как и замысел Божий, бу­дут оправданы.

Следует помнить о том, что образы, к которым прибе­гает Иоанн, обусловлены древними апокалиптическими ожиданиями, равно как и гибкостью и разнообразием их возможного применения. Безусловно, Иоанн не одинок в использовании образов и символов для выражения своих мыслей. В своем Откровении он использует их не только чаще, чем другие библейские авторы, но подчас отлично от них (за исключением других апокалиптических текстов Библии).

Другие библейские авторы «облекают свою историю в образы, но они ограничены той исторической реальностью, в отношении которой эти образы применяются... Апокалипсис же повествует о небесах и о грядущем, то есть о сфере, ли­шенной какой-либо формы, кроме той, которую дают ей эти образы»40. (Мы позволим себе не согласиться со словами Фаррера о том, что грядущее «не имеет формы»; структуры, пространство, границы и физические элементы не исчезают пол­ностью в небесной религии или в грядущем мире, но наша оценка подобной «формы» как таковой может ограничивать­ся лишь тем, что сообщают нам образы при всей своей услов­ности и многогранности).

Две центральные темы Откровения. Двумя централь­ными темами Откровения можно считать (1) Личность и служение Христа и (2) опыт и судьбу избранных. Но по за­мыслу книги эти две темы связаны воедино и не могут быть исследованы как отдельные. Вопрос: «Что происходит с на­родом Божьим?» созвучен, по крайней мере отчасти, с во­просом: «Что делает Христос и каково Его положение?» От­вет на эти вопросы разрешает многие другие. Например, что происходит с силами зла, и на каком основании будет реше­на их судьба? Как будет заменен старый миропорядок и на какой основе будет установлен новый? Действительно ли наступит день, когда Ему поклонится «всякая власть и вся­кая сила во вселенной»?

Верность Христу. Христоцентричность Откровения ста­новится очевидной в первом же видении Иоанна, когда он ви­дит Сына Человеческого, стоящего посреди семи светильни­ков, то есть рядом с Церковью на протяжении всей истории. Он представляется Тем, Кто имеет ключи ада и смерти (1:12—19). Будущее находится в Его власти.

На этом основываются послания к семи церквам. При­зыв Господа быть «верным до смерти» (2:10) означает «не отречься от веры Моей» (ст. 13). Центральным вопросом становится верность Христу. До тех пор пока на религиоз­ной сцене создаются пародии Спасителя (в виде учения Ва­лаама, николаитов, Иезавели или в лице антихриста — символа окончательного богоотступничества), основным критерием суда будет вопрос о верности конкретного чело­века Христу. В этом суть послания семи церквам. Когда по­беждающему дается обещание, что он станет «столпом в храме Бога Моего» (3:12), это означает, что во Христе но­вое творение никогда более не будет отделено от своего Господа.

Верность Христу как основной критерий суда еще более полно раскрывается в том факте, что силы зла предстанут пе­ред судом за то, что они преследовали верных Христу (6:9, 10; 17:6; 18:5,6,20; 19:2).

Более того, эти силы зла проявляют свою сатанинскую сущность не только в гонениях на верующих, но и в хуле на Бога, в которой они искажают истину о Христе, смущают уже и без того пребывающий в смущении мир и посягают на место, принадлежащее одному лишь Господу (13, 17, 18).

Верность Христу подразумевает соблюдение заповедей Божьих (12:17; 14:12). У веры нет иных путей самовыражения, помимо послушания. Поэтому неоднократно, повторя­ются слова: «Знаю дела ваши».

Право Христа служить и судить. Спасение и суд — два вида служения, объединяющиеся в Личности Иисуса Христа. На чем основано его право судить, править и спасать? Безус­ловно, то обстоятельство, что Он — Творец, уже наделяет Его этим правом, но в истории спасения есть другое событие, дающее Ему право действовать в этой многогранной роли, — крест. Вот почему неоднократно встречаемый в Откровении символ Христа-Судьи — это Агнец закланный, но и воскрес­ший (5:6, 9, 12; 7:14; 13:8).

Агнец возведен на престол (5:6; 7:9, 17; 22:1, 3) для того, чтобы судить, а затем, когда эта задача будет выполнена, пра­вить вовеки. Значение символа Агнца взято из левитской сис­темы жертвоприношений животных. Он основан также на Ис. 53, где в этом образе изображен Мессия. Признание Агн­ца достойным принять на Себя эту двойную миссию (спасать и судить) и составляет ключевой момент в главе 5. Как только подтверждены Его полномочия, можно приступать к снятию печатей.

Мы разделяем точку зрения исследователей, восприни­мающих видение о семи печатях как обзор истории спасе­ния в период между вознесением и возвращением нашего Господа. Совпадая по расположению с посланием к семи церквам, видение о печатях, однако, отличается от него. В то время как первое передает Божью оценку состояния церквей и Его наставления к ним, второе концентрирует внима­ние на той работе, которую осуществляет Бог со Своего пре­стола, отбирая, запечатлевая и гарантируя безопасность Своим избранным.

В этом видении внимание неоднократно (4 — 8:1) обра­щается к престолу (храму небесному), откуда Бог выносит решения и обеспечивает охрану, осуждает и наказывает. Ве­ликое множество ангелов, старцев и животных, возносящих свои молитвы и хвалу к восседающему на престоле Богу, подчеркивает, что мы взираем на Владыку-Судью и на не­бесные пределы, где Он совершает дело спасения и суда.

С началом видения Иоанн приглашается на небеса, а дверь на небеса отворяется. Мы полагаем, что это означает обращенное к нему приглашение увидеть то, что делает Бог; это объясняет последующие подробности. В конце видения Иоанн прямо говорит о том, что престол находится в небес­ном храме — мозговом центре дел Божьих (7:15).

Предваряющий пришествие суд. Начиная с 8:2-—6, внимание Иоанна обращается к новым образам. Протрубив в трубы, семь ангелов возвещают весть предостережения. К тому времени, как трубит седьмой ангел, и ангелы, и старцы, служащие в непосредственном присутствии Божьем, видят, что в борьбе между добром и злом наступил кульминацион­ный момент.

Теперь Бог выступает вперед, предпринимая ряд мер кон­ца времени, к которым ранее Он не прибегал, а именно — Он начинает суд, предваряющий возвращение Христа. Провоз­глашается, что назначенный момент настал (11:15—19). То, что произойдет, принесет награду народу Божьему и оконча­тельную погибель «губившим землю».

Для того чтобы Иоанн имел возможность наблюдать за Божьим следственным процессом и судом, небесный храм распахивается, и немедленно его взору представляется «ков­чег завета Его» (ст. 19). Читателям, знакомым с ветхозавет­ными моделями, это напоминает ритуал ежегодного Дня ис­купления, когда священник получал доступ к ковчегу завета, хранившемуся в Святом святых, что служило прообразом по­следнего суда.

Из слов хвалебной песни, исполняемой «голосами» и 24 старцами, становится понятно, что мы стали свидетелями на­чала судебной сцены. Это последнее служение Иисуса перед Его возвращением с целью забрать Своих избранных. Мо­мент Его возвращения будет тем мигом, когда Его служение завершится: Он примет Своих детей, чтобы никогда более не разлучаться с ними41.

Мы считаем, что в Своих вестях Иоанну Бог намерен­но стремится подчеркнуть то внимание, которое Христос уделяет всем аспектам Своего служения оправдания и осуждения, спасения и уничтожения. Ничто не будет сде­лано небрежно и поверхностно, и никто не посмеет ска­зать, что Бог не был полностью открыт и справедлив в Своих действиях.

Итак, Бог, способный в момент принятия решения со­брать воедино все события и сведения, благоволит ради со­творенных Им сообщить в должное время то, что Он считает нужным, включая мотивы Своих действий. Он приглашает собравшихся увидеть то, что Он намерен сделать.

Как уже упоминалось выше, по нашему мнению, в Откр. 11:15—19 речь идет о той же предшествующей Вто­рому пришествию фазе следственного суда, о которой Ио­анн говорит в 14:7. Откровение не сообщает нам точного времени начала этого следственного суда. Вполне очевид­но, однако, что это должно произойти ближе к концу вре­мени. Гонения на верных Христу продолжаются, период в 1260 дней/лет завершился. Небеса вняли воплю: «Доколе, Владыка Святой и Истинный, не судишь и не мстишь... за кровь нашу?» (6:10).

В то же время эта фаза должна предшествовать Второму пришествию. Небожители должны присутствовать на этом суде. То, что они увидят, побудит их воскликнуть: «Праведен Ты... потому что так судил... Ей, Господи Боже Вседержи­тель, истинны и праведны суды Твои»! (16:5, 7).

Вполне уместно предположить, что следственный суд, упомянутый в 11:19, является тем же предшествующим Вто­рому пришествию судом, о котором идет речь в Дан. 7. В от­вет на вопрос: «Доколе?» (Дан. 8:13) возвещается, что по ис­течении 2300 дней/лет Бог даст ответ перед всей вселенной в виде следственного процесса и суда. Исполнение этого про­рочества началось в 1844 году.

Мы вовсе не хотим сказать, что Христос до этого не признавал Своими тех, чьи имена были записаны в книгу жизни до начала этого следственного суда. Мы желаем подчеркнуть, что в этой следственной фазе Он обосновы­вает Свои решения на официальном судебном разбира­тельстве. Вера искупленных должна быть оправдана перед всей Вселенной. Лишь таким образом жители Вселенной могут присоединиться к гимну хвалы: «Истинны и правед­ны суды Твои».

Фазы финального суда. Не считая тех отрывков в От­кровении, где речь идет о частичном излитии гнева Божьего «подготовительного» характера (см. выше), Иоанн пред­ставляет финальный Божий суд в виде четырех фаз в исто­рии старого миропорядка. Они следуют друг за другом, но при этом взаимосвязаны, как части единого целого. Вот эти фазы:

1. Фаза, предваряющая Второе пришествие. Это предва­ряющее Второе пришествие следствие, в ходе которого пе­ред всей Вселенной изучаются записи (книги жизни). Таким образом, как уже упоминалось выше, Христос объясняет причины оправдания тех, кто сохранял верность Ему, тем самым показывая их положение (см. Откр. 11:15—19; 14:6, 7; 3:5).

2.  Фаза Второго пришествия. Во время Второго пришест­вия становятся очевидными последствия уже принятых к тому времени решений. Отделение верующих от последова­телей антихриста будет для первых позитивным, а для вто­рых — негативным. Стоящие на стороне Христа, которым предстоит «царствовать с Ним тысячу лет», будут надежно защищены от обреченных на вечную погибель. Период меж­ду первым и вторым воскресениями — это пропасть, разде­ляющая их (см. Откр. 22:11, 12; 20:6).

3.  Фаза Тысячелетнего царства. Во время Тысячелетне­го царства избранные смогут (вместе с другими жителями Вселенной, пребывающими в гармонии с Богом) самостоя­тельно оценить причины принятых Им решений. Это необ­ходимо в интересах вечной гармонии (см. Откр. 20:4—6; ср. 1 Кор. 6:2, 3).

4. Исполнительная фаза. Теперь происходит исполнение того приговора, который предварительно был вынесен в на­чале Тысячелетия. По завершении его земля и небо исчеза­ют, поскольку старый порядок заменен «новым небом и но­вой землей» (Откр. 20:11—15). Этим актом творения замы­кается круг; Бог и человек вновь пребывают в тех гармонич­ных отношениях, ради которых изначально человек был создан.

Ход этого суда отчасти описан подробно, отчасти его можно представить себе в целом на основании апокалиптиче­ских видений Даниила (см. Дан. 7, 8; 12:1—3).

Финальный суд Божий имеет вселенский масштаб. И ка­сается он всех людей — живых или мертвых, верных Христу или неверных. Решающим фактором в нем является наше от­ношение к Богу и наш отклик на Его спасительные действия во Христе. Звучащая в Откровении весть суда вновь подчер­кивает, что основным вопросом человеческого существова­ния является вопрос верности Христу и готовности к учени­честву. Беззаветная преданность Христу открывает верую­щему дорогу на брачный пир Агнца.

 

 

 

1 О. Michel. «Naos» / TDNT 4 (Grand Rapids, 1967):882—885.

2 В этой главе автор цитирует Священное Писание по Новой Англий­ской Библии (NEB).

3 1 Кор. 3:16,17; 2 Кор. 6:16—18; Еф. 2:20—22; ср. 1 Петр. 2:5.

4 W. Michaelis. «Skene» / TDNT 7 (Grand Rapids, 1967):368 if.

5 G. В. Caird. A Commentary on the Revelation of St. John the Divine (New York, 1966), p. 264.

6 Ис. 6:1; 66:1; Иер. 17:12; Иез. 1:26—28; Дан. 7:9.

7 1 Енох. 46:4 и далее; ср. 1 Енох. 45:3, 4; 61:8 и далее; 62:9, 13—16.

8 С. Rowland. The Open Heaven (S.P.C.K., London, 1982), p. 165; O. Schmitz. «Thronos» / TDNT 3 (Grand Rapids, 1967):163, 164.

9 Откр. 3:21; 7:17; 22:1—3; ср. Мф. 25:31, 32; 22:41^5.

10 Bushels, р. 941. 292

11 Дан. 7:10; 12:1; Исх. 32:32; Ис. 65:6.

12 1 Енох. 81:4; 89:61—64.

13 Откр. 3:5; 13:8; 20:12; 21:27.

14 Откр. 20:12; ср. Дан. 7:10; Ис. 65:6.

15 Откр. 22:12; 2:23; ср. 1 Петр. 1:17; 2 Кор. 5:10; Рим. 2:6.

16 W. Bousset, R. Н. Charles, J. Wellhausen цит. в: J. М Count. Myth and History in the Book of Revelation, pp. 86, 87.

17 Martin Kiddle. The Revelation of St. John (London, 1940), p. 188.

18 Rowland, p. 429.

19 Caird, p. 32.

20 R. H. Mounce. The Book of Revelation, NICNT 17 (Grand Rapids, 1977), p. 273. Под «природным богословием» подразумеваются знания о Боге, которые могут быть почерпнуты из Его творения, без обраще­ния к Откровению.

21 Isbon Т. Beckwith. The Apocalypse of John (New York, 1922), p. 656; cp. Beasley-Murray, p. 225.

22 Библейский комментарий АСД, т. 7, с. 828.

23 George Eldon Ladd. A Theology of the New Testament (Grand Rapids, 1974), p. 626.

24 Donald Guthrie. New Testament Theology (Downers Grove, IL, 1973), p. 867.

25 Д-р. Кристофер Роланд (Roland) из Кембриджского университета в своем недавно опубликованном исследовании еврейской и раннехри­стианской апокалиптики «The Open Heaven» (S.P.C.K, 1982) прово­дит сопоставление между эсхатологией книг Даниила и Откровения. Заявив, что Даниилу «нечего сказать о последнем суде», он далее до­полняет это наблюдение весьма интересным комментарием: «Такие стихи, как Дан. 7:9 и др., оказали важное влияние на более поздние эсхатологические идеи, в том числе и на ту картину финального суда, которую мы видим в Откр. 20:12 и далее. Однако картину небесного суда в том виде, как она представлена в Дан. 7, не следует понимать как событие, которое произойдет в конце истории. Это скорее суд, проходивший на небесах, последствия которого в конечном счете отразятся на судьбе всего человечества» (с. 12. 450) [курсив мой].

26 М. Veloso. «The Doctrine of the Sanctuary and the Atonement as Reflected in the Book of Revelation» / The Sanctuary and the Atonement, ed. Arnold V. Wallenkampf and W. Richard Lesher (Washington, DC Biblical Research Institute, 1981), p. 400.

27 Исх. 38:21; Чис. 9:15; 10:11; ср. Деян. 7:44.

28 Caird, p. 200.

29 Beckwith, p. 679.

30 Caird, p. 230; Beasley-Murray, p. 268.

31 Н. В. Swewte. Commentary on Revelation, pp. 264, 265; Mounce, pp. 356—359; E. Lohse. Die Offenbarung des Johannes ([NTD 2] Gottingen, 1971), pp. 104, 105; R. H. Charles. Eschatology, p. 349; ed., Revelation of St. John 2:150, 151; Beasley-Murray, p. 187 ff.

32 Beasley-Murray, p. 25.

33 «Общий прием для библейского повествования — представить тему, а затем снова вернуться к ней с дополнительными подробностями, как бы говоря о последующем событии» (Sweet. Revelation, p. 297).

34 Ср. Пс. 61:13; Иер. 17:10; Рим. 2:6; 2 Кор. 5:10; 1 Петр. 1:17.

35 Дан. 7:10; 1 Енох. (Эфиоп.) 47:3; 90:20; 103:2; 2 Вар. (Сир.) 24:1; Юб. 30:22.

36 Исх. 32:32, 33; Дан. 12:1; Мал. 3:16, 17; Флп. 4:3.

37 Комментарии Е. Уайт, Библейский комментарий АСД, т. 7, с. 987.

38 Ис. 25:6—9; 35:10; 65:17; Иез. 37:26, 27; ср. Лев. 26:11, 12; Зах. 8:8; 2 Петр. 3:10—13. 2 1

39 Енох (Эфиоп.) 45:4 и далее; 72:1; 2 Вар. (Сир.) 32:2—6; 2 Ездр. 7:75.

40 Austin Fairer. A Rebirth of Images (Boston, 1949), p. 17.

41 Адвентистские богословы в большинстве своем рассматривают зву­чание седьмой трубы как период времени, начавшийся в 1844 году и простирающийся до окончания времени испытания (ср. Откр. 10:7; 11:5). Акцент, делающийся на «ковчеге завета» (11:19), напоминает о ветхозаветном ритуале Дня искупления (Лев. 16), который является прообразом последнего..суда. Поэтому 11:19 воспринимается как стих, естественно связанный с Дан. 7, 8, где описывается предшест­вующая возвращению, или следственная, фаза финального суда. Тема воздаяния и вознаграждения, встречающаяся в 11:18, относится, как полагают, к исполнительной фазе финального суда, которая произой­дет в конце Тысячелетнего царства (20:11—15). См.: Библейский комментарий АСД, т. 7, с. 804—806.

 

 

 

 

Популярное темы о конце света

Пророки и пророчества (Болотников)

Семинар по книге Апокалипсис

Преодоление последнего кризиса

Откровение Иоанна (В. Олийник)